KollabiuM
Людмила МастероваЗамечательная жизнь
23 сентября 1872 года в венгерской деревне Эчед родился еврейский мальчик. Имя ему дали, как принято, на восьмой день жизни во время церемонии обрезания – Гедеон. «Могучий воин», решительный и смелый. Сила духа и упорство Гедеону ох как пригодились, так как добиваться всего ему пришлось собственным трудом и часто вопреки обстоятельствам. Ему не было и двух недель, когда от родильной горячки умерла его мама, а через год от холеры скончался отец. Пятерых сирот возрастом от года до девяти лет разобрали родственники. Гедеона взяли бабушка с дедушкой, и так он оказался в городе Дьёндьёш. Он окончил школу, два года проработал помощником в местной аптеке, а потом поехал в Будапешт учиться на фармацевта – выбор, скорее всего связанный с ранней смертью родителей. Он хотел научиться противостоять болезням и спасать людей. Парень он был способный и на редкость целеустремленный: получив диплом с отличием, несколько лет работал фармацевтом в аптеке, а затем на унаследованные от деда деньги отправился изучать новейшие методы изготовления лекарств в лабораториях Вены, Берлина и Парижа. В 1901 году он вернулся в Венгрию и купил старую аптеку на окраине Будапешта. Было ему на тот момент 29 лет, и можно было задуматься о создании семьи. Ее звали Анна, дочь состоятельного лесоторговца из Сегеда. Это была не внезапно вспыхнувшая любовь, а традиционный договорной брак, устроенный при помощи свахи. Молодые видели друг друга до свадебной церемонии всего несколько раз, а брак – вот ведь как бывает – оказался на редкость удачным: прожили они душа в душу 42 года, пока… Нет, стоп, не нужно забегать вперед – пусть пока играет в синагоге Сегеда большая свадьба, и гости радостно поздравляют молодых, и вся жизнь еще впереди.. Через год Анна родила сына Ласло, их единственного ребенка. А Гедеон, при финансовой поддержке тестя, построил при своей аптеке лабораторию и стал одним из первых в Венгрии проводить эксперименты по созданию препаратов на основе экстрактов из органов умерших животных. Так в его аптеке появился инъекционный тоноген с адреналином из надпочечников животных. Первый крупный успех. Первый из многих. Он построил завод и открыл фармацевтическую компанию, которую назвал своим именем – Gedeon Richter. Компанию, в которой были разработаны препараты, получившие мировую известность. Сколько людей они спасли – не подсчитать. Антисептик гиперол, входивший в состав армейского снаряжения во время Первой мировой войны. Тиреодин на основе щитовидной железы животных. Кальмопирин – жаропонижающее и болеутоляющее средство. Окситоцин для стимулирования родов. Сотни препаратов, все не перечислишь… Научные исследования, развитие завода – это было его страстью. Работать бы и работать, но «времена не выбирают»… Распад Австро-Венгрии, политический и экономический кризис и.. образование в 1919 году Венгерской Советской Республики – со всеми вытекающими последствиями, включая национализацию промышленности. Фабрика Гедеона Рихтера была конфискована, а он сам, обвиненный в контрреволюционной деятельности, скрывался в Сегеде у родственников жены. К счастью, в том же 1919 году режим коммунистов пал, и Гедеон вернул себе контроль над фабрикой. Можно выдыхать. Работать, выпускать лекарства, спасать людей. Он расширяет производство, превращает свое предприятие в огромную международную компанию с заводами в Лондоне, Мехико, Милане, Сан-Паулу, Загребе и Варшаве. Его имя – имя сироты из венгерского Дьёндьёша – становится известным во всем мире, пока … Нет, стоп, не нужно забегать вперед. Хочется хоть ненадолго продлить время, когда все еще хорошо.. Сын Ласло стал химиком, учился в Цюрихе, защитил докторскую диссертацию, женился на дочери известного в Будапеште хирурга. Родились две девочки – долгожданные внучки. Деньги, признание, почет, дружная семья. Но «времена не выбирают – в них живут и умирают»… Ему был 61 год, когда в Германии пришли к власти нацисты. Венгерское правительство выбрало политику сближения с Третим рейхом, но для Гедеона Рихтера, как и для большинства венгерских евреев все это еще казалось чем-то далеким и не воспринималось как личная угроза. Ему было 66, когда в Венгрии был введен первый антиеврейский закон, и он был вынужден отойти от управления компанией, назначив руководителем знакомого нееврея. Но это же формальность, да? Можно ведь продолжать работать. И он работает, строит планы, занимается благотворительностью.. Через год – новые ограничения. Вокруг все говорят, что пора уезжать, но как бросить дело всей своей жизни? Это его страна, все знают его заслуги, у него титул королевского советника в конце концов – ему-то точно ничего не грозит? Сына, впрочем, он отправляет в Турцию, где у них дочернее предприятие. Спас сына.. Еще в 1943 году он мог бы уехать с женой в Швейцарию – посол Ватикана передал им охранные грамоты Красного Креста. Не уехали. В апреле 1944 германские войска заняли Будапешт, и уезжать было уже поздно. В один из дней он появился у ворот своей фабрики – старик в пальто с пришитой желтой звездой. Заходить внутрь ему было уже запрещено. Стоял у ворот и тихо бормотал: «Это то, что я строил 40 лет». Люди боялись к нему подходить. Они прятались у знакомых, потом нашли приют в одном из «безопасных домов» шведского дипломата Рауля Валленберга. А к власти тем временем пришла нацистская партия «Скрещенные стрелы» и ввела режим террора. Депортация всех евреев, независимо от того, были у них охранные паспорта или нет. В дом, где они жили, пришли – вначале с проверкой, а 30 декабря, на рассвете, забрали всех мужчин и некоторых женщин, включая Анну. Погнали под дулами автоматов к Дунаю. Разделили на шеренги – мужчин и женщин отдельно. По словам очевидцев, Гедеон напоследок крепко обнял жену. Когда подошли к реке, мужчин заставили снять обувь. А потом расстреляли. Тело Гедеона, как и тела других убитых, унесло течение. А женскую колонну – возможно, из-за воздушной тревоги – не успели, отпустили. Анна осталась жива. В 1948 году компания Гедеона Рихтера была национализирована. Сыну Ласло ничего не досталось. Сейчас Gedeon Richter – одно из крупнейших фармацевтических предприятий Восточной Европы с представительствами в 50 странах. Восемь заводов в Венгрии. 2800 лекарственных препаратов, которые экспортируются по всему миру. Это информация с официального сайта компании. А в разделе «Наша история» упомянут и основатель компании, «венгерский фармацевт Гедеон Рихтер». И по годам все расписано, с фотографиями, любо-дорого посмотреть: открыл, основал, внедрил, создал венгерскую фармацевтическую промышленность. А потом доходишь до 1944 года и – как обухом по голове – короткая фраза: «Гедеон Рихтер умер». Вот такая формулировка. Он, оказывается, просто умер. Gedeon Richter воспринимается сейчас больше как бренд, как знак качества, отделенный от судьбы конкретного человека. Имя Гедеона Рихтера, напечатанное на упаковках лекарств, по-прежнему лечит. Автор: Maya Zeleny
