KollabiuM
Дмитрий ВайзгунКульчи
Кульчи Поэма Утром морозным в низовьях большого Амура Мчался на нартах, покрепче сжимая хорей*, Парень совсем молодой, восседая на шкурах, Ехал протокой, смыкающей Чля и Орель. Эти два озера- родина нивхов, эвенков И негидальцев, здесь дружно живут племена. Как горяча смесь кровей, что текла в его венах, Так раскаляется, словно в разгаре весна! Было давно, передали сказание предки. Сильно любили друг друга Орель и Чиля. Зверя всегда бил Орель и ловил рыбу в сетки, И как прекрасна собой молодая была! Но на Чилю злой шаман сам надежду лелеял, Силою девушку взять, и в пещере закрыть. Только Орель воспротивился, сил не жалея, И удалось парню в схватке того победить! Шапку шаман прихватил на последнем дыханье, Бросил её уходящим влюбленным вослед! Вздыбились сопки меж ними, гранитные грани, И разлучили стеною влюбленных вовек! Не расцепили Орель и Чиля свои руки, Только покрепче они друг за друга взялись. Чтобы уже никогда не бывало разлуки, Между озёрами руки-протоки свились! Наш Антанай* был наслышен об этом сказанье Он не смирится с судьбою, не те времена! В Кульчи, родимом селе, сидит в ожиданьи Девушка неотразимой красы –Эяна*! Что за глаза её, как голубые озёрца, Волосы, может, окрасил осенний тальник, И белокожая, словно березка на горке, Та, что стоит, не сгибаясь от ветров шальных! Вот и Орель, он так чист, как слезинка ребёнка, Море застыло в обхвате бескрайней тайги. Блещут торосы из бархатной снежной пеленки. Шторм здесь опасней, чем у широкой реки! В снежной кухте тальников и березок вершины, Тянет вожак, и собаки полны ещё сил. Наторговал Антанай соболиной пушнины, Для Эяны ненаглядной подарков купил. Через Орель, по извилистой Джапи-протоке. Все убыстряли собаки свой бег, чуя дом. Радостней нет ничего, чем обратной дороги, Где с малолетства тебе каждый кустик знаком! Встретила девушка парня любимого жарко, Только вот слёзы блестят у неё на глазах: -Но почему, Эяна , ты не рада подаркам? -Да, Антанай, между нами легла полоса! Издавна так повелось у амурских народов, Договорятся мужчины детей поженить, То непреложный закон, так воспитано сроду, И молодым остаётся жениться и жить. Вот из другого селенья приехали сваты, Брата с сестрой на санях привезли поутру. Чтоб Эяну белолицую выдать за брата, За Антаная отдать накануне сестру. В послевоенные пятидесятые годы Бурно кипела в деревне колхозная жизнь! Кульчинцы вместе с советским народом Жил не щадя, поднимали страну из руин! Рыбу ловить научили их предки недаром, Летом солили, зимою же – в город обоз. Перегоняли оленей по пастбищам –марям. Пусть бы детишкам счастливей на свете жилось! Вызвал отец Эяны на смотрины невесту. Что же ей делать? Любила и мать , и отца. -Это судьба, С Антанаем не жить теперь вместе,- -Думала девушка,- не избежать мне венца! Рассвирипел Антанай: -Это что за порядки? Это не старый режим, а Советская власть! Встал он на камус, в тайгу убежал без оглядки. Брат-то женился. Потом и сестра дождалась. Страшно пурга свои белые космы распустит. Утром проснулся-вокруг тишина и покой! Не шелохнёт ни тальник в бахроме, и ни кустик. Так и в душе человека бывает порой. На перевале от стада отбились олени, И Антанай, встав на лыжи, по следу пошёл. Вдруг закружила пурга, и сгибала колени. Резким порывом, но всё-таки к чуму набрёл. На тагане сизой крышкой побрякивал чайник, Громко стонала пурга, будто чья-то вина. В ласках любви Антаная страстно отчаянно На мягких шкурах стонала его Эяна! Время прошло, затревожились сразу три рода. И на их поиски послали по всем сторонам. Но не нашли, и узнали лишь через полгода Вместе живут Антанай, Эяна. Долго весною по озеру плавали льдины. Утром проснулись, от них не осталось следа В дырку как будто ушли, только дырки не видно. Чистая, словно хрусталь, у Ореля вода. Летом от озера тянет дыханием свежим Брат все на волны смотрел, где их след? Кто-то сказал, что они на морском побережье. Брат много плакал, от этого он и ослеп. Как искони повелось, взяли ружья, патроны, Люди собрались найти беглецов и убить. Но брат с сестрою сказали: - И пальцем не троньте! Не разрушайте их счастье-друг друга любить! Годы прошли, и вернулись в родное селенье Вместе с большими детьми Антанай, Эяна. Дружат с тех пор трёх родов дети всех поколений, Кульчи, их малая родина в сердце одна. Хорей *- длинный шест. Антанай*(эвенк.) - северный. Эяна*(эвенк.) - стремнина реки.